Через тернии

Солнце пекло, море блестело волнами, ветер упрямо старался вырвать из рук Сергея газету с утренними новостями, а на столике перед ним стояла вспотевшая бутылочка светлого пива. Идиллия. Сидевший напротив Сергея Марк закинул руки за голову и откровенно уставился на стайку девушек, одетых во что-то интуитивно опознаваемым как купальники. На взгляд Сергея, больше умозрительные, чем реально присутствующие на загорелых телах юных чаровниц. Чаровницы со смехом катались на роликах вокруг клумбы с фонтаном.
— Отличная девчонка – лениво почесав живот, сказал Марк, глядя, как смеющиеся девушки выписывают па.
— Какая из?
— Любая – ответил Марк и сделал глоток махито. Сергей усмехнулся.
Солнце заслонила тень. Сергей посмотрел верх, сделав глоток холодного пива. Над открытым кафе у набережной, в котором они парились уже второй час, с тихим жужжанием пропеллеров проползла туша прогулочного дирижабля. Под его прозрачным пузырем болталась на тросах медленно опускающаяся к воде открытая гондола с дайверами. Сергей зевнул, тактично прикрыв рот ладонью. На малолюдном с утра пляже к кроме пенящейся воды подошел грузный мужчина. Он грустно посмотрел на резвящуюся в море молодежь, пощупал ногой воду, вздохнул и вернулся к шезлонгам, где вялилась под солнцем пожилая матрона. Одна из катающихся девушек, хрупкая блондинка, устало плюхнулась на скамейку и стала стягивать ролики. Явно не выспавшийся и потому хмурый продавец устанавливал гигантский зонт над палаткой с напитками, у которой уже выстроилась небольшая очередь малышей с мамашами. Мимо них бодро проковылял улыбающийся старичок в щеголеватом голубом экзоскелете. В его руках был полупустой прозрачный пакет с остатками французского батона. Старичок явно только что прикармливал жирных чаек хлебными крошками, так как те кружились и горланили над ним, нагло выпрашивая еще дармовой еды. Марк снова закинул руки за голову и посмотрел вслед старичку. Из дверей прибрежной гостиницы вышел невысокий пузатый мужчина в шортах и полотенце на плечах. Под ручку с ними дифеллировала дама сугубо модельной внешности, в широкополой шляпе и скорее раздетая, чем одетая в бикини, целомудренно прикрытом прозрачным халатиком. Парочка со скучающим видом подошла к пункту аренды аквабайков. Сергей перелистнул страницу и стал старательно читать биржевые сводки.
— Закажу, пожалуй, еще коктейля — Марк поднял руку, подзывая официанта.
Из-под тени навеса к столику пулей вылетел молодой официант в белоснежном фартуке, судя по ненаглому выражению лица и очкам – подрабатывающий на летних каникулах студент. С моря раздались веселые вопли. Сергей посмотрел в сторону шума – гондола дирижабля опустилась к воде, и толпа дайверов с улюлюканьем посыпалась в воду, дабы насладиться красотами царства Нептуна. Лежащий на шезлонге нерешительный мужчина опять с тоской посмотрел на море. И в этот момент из отеля «Вердана Парадиз», четыреста номеров люкс, автостоянка на сто машин, личный аэродром и яхт-клуб, а так же девственно чистый пляж, найденный специально для комфорта отдыхающих на малопосещаемой территории южноамериканского материка, вышел господин Бенджамин Имамура. Не выспавшийся продавец отдал сдачу дочерна загоревшей мамаше, зевнул и выдернул из-под прилавка с напитками двадцатимиллиметровый дробовик «Табольд» с барабанной обоймой на тридцать патронов.
— Черт! – Сергей схватился за запястье и, что есть силы, сдавил. Вшитая под кожу капсула впрыснула в проходящие рядом вены «суперсоник». Он отбросил газету, вытаскивая из левой наплечной кобуры, спрятанной под его аляповатой рубахой, тупорылый «Протектор» — Пошли!
Действие «суперсоника» начиналось практически моментально, из-за чего реакция человека ускорялась более чем в двадцать раз, растягивая субъективное время человека, да только эффект длился всего лишь семь секунд объективного времени. И за это время надо было успеть во чтобы то ни стало спасти доктора математических наук Бенджамина Имамуру, которого уже повалили на землю пузатый мужчина с красоткой.
Невнятное мычание Марка закончилось вполне членораздельным «…ринял». Он уже отмодулировал речь под скорость Сергея, стреляющего под ноги Имамуры из «Протектора». Сергей видел, как Марк отшвырнул за спину официанта, выводя его с линии огня, вскидывая левую руку в сторону молотящего из «Табольда» продавца. За спиной продавца, далеко от берега из воды сломанными куклами вылетели тела двух дайверов, и тугая волна бугром пошла на берег. Нерешительный грузный мужчина, спрыгнув с шезлонга, длинными прыжками бросился навстречу темной массе, двигающей собой волну, на ходу разламываясь, разворачиваясь, превращаясь в страшное, металлическое нечто. Оно, бывшее недавно боящимся прохладной морской воды мужчиной, без колебаний ринулось в море, навстречу огромному объекту, двигающемуся на берег и убивающему по пути все живое.
Тела пузатого мужчины и красотки, прикрывшие не успевшего даже вскрикнуть ученного, стали рваться в кровавые ошметки от входящей в них картечи. Наконец активировались снаряды «Протектора», выпущенные Сергеем, и на пути шрапнели всколыхнулись силовые щиты. Кулак Марка лопнул и три разрывные пули разорвали голову продавца, который в падении так и не разжал палец, посылая сквозь прилавок палатки картечь в детей и мамаш, только начавших утробно кричать. Сергей зарычал от беспомощности. Марк в прыжке сгреб покалеченных людей в сторону, стараясь своим телом накрыть извергающий смерть дробовик. Одна из девушек в стайке почти обнаженных красавиц, та самая хрупкая блондинка, внезапно очень быстро наклонилась и, пробив ударом кулака мраморную плиту рядом с клумбой, извлекла на свет пусковую установку, наводя ее на заваленного окровавленными телами Имамуру. Сергей, хрипя от перенапряжения, изменил направление бега и бросился наперерез, на бегу перезарядив «протектор» и долбя им в сторону девушки с пусковой установкой. Выплюнутая установкой ракета прошила три успевших раскрыться щита, прежде чем разорвалась и своим горячим выдохом опалила отшвыриваемых взрывной волной кричащих девушек. Сергей с удовлетворением отметил, как из галдящей испуганной стаи птиц две жирные чайки камнем рухнули на обожженную девушку, упорно тянущуюся к пусковой установке. Он отвернулся и бросился к Имамуре. Сзади раздались два глухих хлопка и мимо него медленно пролетели останки ракетчицы вперемешку с каменной крошкой. Упав рядом с копошащимся Имамурой, Сергей облегченно вздохнул. И пузатый мужчина и его модельного вида подруга, несмотря на чудовищные раны, старательно прижимали Имамуру к забрызганной кровью плитке дворика, зыркая глазами по сторонам. Действие «суперсоника» кончалось, мычание раненных и напуганных отдыхающих переходило в нормальную тональность, превращаясь в истошный визг и крики.
— Ли, Марта, вы как? – выдохнул Сергей, отстреляв вторую обойму щитов вокруг Имамуры.
— Нормально… с Мартой… а вот меня, кажется, все таки достало, Серж – прохрипел пузатый и улыбнулся.
Сергей глянул на Ли. Сквозь разрывы в сочащейся искусственной кровью бронеплоти ничего толком было не разобрать. Сергей перевел взгляд на испуганно таращившегося Имамуру. Тот смотрел ему за спину округлившимися глазами. Сергей обернулся.
Старичок в голубом экзоскелете завершал свой гигантский прыжок. Приземлившись рядом с палаткой прохладительных напитков, он неуловимым движением выдернул из-под прилавка пару маленьких пистолетов с длинными обоймами, торчащими из рукояток. Выпустив очередь в пытающегося подняться Марка, он пинком отправил того в окровавленную толпу голосящих женщин и детей. Засунув пистолеты в карманы пиджака, старичок схватил изрешеченную палатку и легко швырнул ее в сторону Имамуры.
Марта взвилась в воздух, прыгнув навстречу палатке прямо из позиции лежа. Отбив в сторону кувыркавшуюся и разбрызгивающую напитки металлическую стойку, Марта приземлилась и снова прыгнула в сторону старичка в экзоскелете, полосующего ее очередями из выхваченных пистолетов. Сзади него в воде гулко вспух подводный взрыв. Бывшее когда красивым женским телом, мешанина кровавой плоти и металла по имени Марта раскрыла грудную клетку и выдохнула в скакавшего мячиком старичка залп из монитора «Металлсторм». Четыре дюжины трехмиллиметровых вольфрамовых стрелок увязли в силовом поле, окружившем старичка, который добрался до ракетной установки и успел ее направить на Марту. Марта прыгнула к старичку. И окуталась пламенем взрыва. Все еще улыбаясь оставшейся нижней частью лица, старичок широко расставил ноги и повернулся в сторону Имамуры, которого в это время Сергей затаскивал за колонну. Раздалась очередь, старичок покачнулся и повернулся в сторону поднявшегося на остатки ног Марка, через разрыв брюшной полости которого на мрамор стекал махито вперемежку с технической жидкостью. Марк выпускал одну за другой короткие очереди по три пули в то, что некогда было старичком, сбивая механического зомби с прицеливания. Безголовое чучело старичка выпустила в Марка ракету, после чего снова повернулось к Имамуре. Пусковая установка щелкнула. Сергей и еле двигающийся Ли вытащили смешные для этого столкновения крупных калибров табельные «Курцы», и с полной безнадежностью защелкали пулями по экзоскелету. Тот отбросил ракетную установку и захромал к ним. На поломанных конечностях. Волоча в себе мертвую марионетку, бывшую когда-то ничего не подозревающим инвалидом-старичком, приехавшим отдохнуть на море. Раздалось нарастающее гудение и отбивающего пули манипулятором экзоскелета обезглавленного старичка разорвало взрывом. Над покалеченным пляжем пронесся беспилотник.
Ли, будто нехотя, тихим хриплым голосом стал витиевато ругаться. Сергей сплюнул тугую слюну, оттер кровь, идущую из носа и, повернувшись к Имамуре, одним рывком поставил его на ноги.
— Какого черта вы, господин Имамура, поперли через главный выход, да еще и на пять минут раньше сказанного вам времени?! – прошипел Сергей, борясь с желанием удавить доктора физических наук, с ужасом смотрящего на него.
— Что… что здесь происходит? – промямлил трясущимися губами тот.
— Что здесь происходит? – встряхнул его Сергей. – Что здесь происходит? Убийство ни в чем не повинных людей здесь происходит, господин, мать вашу, Имамура! По вашей вине! Убиты женщины, дети! Я спрашиваю, какого ляда вы поперлись сюда, когда в подземном гараже вас ждал бронированный автомобиль и где, в конце концов, ваша охрана?
— Моя охрана… они упали… молча… я испугался – широко распахнутые от страха глаза Имамуры сейчас можно было назвать японскими лишь с большой натяжкой.
Сергей швырнул на пол доктора и, придавив его коленом, вскинул руку с «Курцем», направив его ствол на двери.
— Ли, танцы не закончились – глухо сказал Сергей.
— Да в курсе, бабушка писала – Ли кряхтя сел, облокотившись на колонну, и поднял свой пистолет.
В небе над ними завис вернувшийся беспилотник «Гончая» и медленно стал облетать все окна, поводя по ним своей пушкой.
— Щелкунчик Гончей, прием. Код двадцать шесть тридцать один, розовый лис – прошептал Сергей, вглядываясь в дверной проем с разбитыми стеклами.
— Принято. Жду распоряжений – прошелестел ответ в гибких динамиках, вшитых в гавайку Сергея.
— Доложить о присутствие вооруженных людей в здании.
— Результат – ноль.
— Сканируй на предмет наличия бесшумного оружия всех классов.
— Принято – ответил беспилотник и тут же дважды рявкнул пушкой. Имамура испуганно дернулся под коленом Сергея. Беспилотник тем временем поднялся на два этажа выше, выстрелил один раз, потом выдвинул пилон с небольшой ракетой и посла ее в здание. В отеле гулко ухнуло и из окон выдуло бетонные осколки вперемешку с горящими обломками мебели.
— Цели уничтожены, вооружение пневматическое, духовые трубки – прошелестело в воротнике рубахи закашлявшегося от бетонной пыли Сергея.
— Ну слава Богу, плетутся – сказал Ли, стараясь вылезти из бронеплоти.
— Щелкунчик Гончей, обеспечить охрану периметра – Сергей смотрел, как в небе быстро увеличиваются две точки, летящие над морем, и оглянулся на Имамуру. – Могу тебя поздравить, Бен. Ты невозможно везучий сукин сын!
Сергей убрал колено с Имамуры и помог ему подняться. Имамура тут же пригнулся и спрятался за усеянную следами от пуль и картечи колонну. Сергей хмыкнул и посмотрел на площадку перед отелем. Зрелище было из того числа, которые лучше поменьше видеть в жизни. Разорванные тела, стонущие раненые, плачущие люди, все разбито и разворочено. На лицах свидетелей произошедшего здесь побоища нескрываемый ужас и оторопь.
— Прайд Щелкунчику, прием. Док жив? – ожили динамики.
Сергей вздохнул.
— Да. Видимо его сначала хотели взять живым, а когда поняли что не выходит, хотели устранить. Тут это, нужны медики, Прайд. Много – сказал он.
В семи метрах от него плакала над мертвой девочкой женщина с опаленными волосами и забрызганным кровью лицом.
— Уже вызваны и идут сюда пятнадцать бортов с медиками – заверили Сергея.
Сергей вздохнул и наклонился к Ли, помогая маленькому китайцу вылезти из шкуры бронеплоти. Ли кряхтел и матерился, извиваясь, как змея во время линьки. Сумев вылезти, он без сил лег на скользкую от настоящей и искусственной крови мраморную плитку. Правый бок у него выглядел очень плохо.
— Доктор, иди сюда, зажми рану – сказал Сергей Имамуре, вытаскивая из бронеплоти разбитый автодоктор. Выдернув из него уцелевший ампулу с обезболивающим, он с удовлетворением отметил, что Имамура довольно грамотно зажимает тампоном из снятого им пиджака рану Ли. Сергей вскрыл ампулу и дал выпить ее содержимое Ли.
— Спасибо, док – сказал Сергей и взглянул на Имамуру. Тот просто кивнул в ответ.
— А ты везучий, Серж – хрипло рассмеялся Ли – ни одной царапины! Красавец!
Сергей отстраненно оглядел себя. Грязная, почему то порванная рубаха, забрызганная кровью. Чужой кровью.
Два конвертоплана «Катарина» уже выкидывали из своих брюх ребят в серой броне и с тактическими винтовками наперевес, следом на землю спрыгнули два армтека огневой поддержки, уставившись, казалось, стволами сразу во все стороны. К Имамуре с его телохранителями уже подбегала и разворачивала круговую оборону группа Нечаева, через которую спешили медики к Ли, и инженеры к останкам Марты и Марка. Нечаев подошел к Имамуре, отдал честь и оглянулся. Мимо них, прикрывая друг друга, второй отряд десантников, тихо шелестя приводами брони, вошел в отель.
— Всем сохранять спокойствие, и лечь на пол! Без паники, террористы уничтожены! Все раненные будут сейчас госпитализированы! Без разрешения не вставать! Раненные, поднимите руку, вам будет оказана первая медицинская помощь – послышалось сквозь плачь и стоны из дверей отеля. Нечаев повернулся к Имамуре.
— Господин Имамура, прошу следовать за капралом Пореску. – стоявший рядом с Нечаевым капрал начал одевать на Имамуру бронежилет и шлем.
Застегивая карабины бронежилета, Имамура повернулся к Сергею и Ли, которого уже перекладывали на носилки медбратья.
— Спасибо – хрипло сказал Имамура, не поднимая глаз, повернулся и пошел. Десантники тут же окружили его плотным бронированным кольцом, поводя нервно подергивающимися стволами тактических винтовок вокруг.
Нечаев похлопал Сергея по плечу.
— Ты как, капитан?
— Хреново, Игорь. Народу здесь невинного полегло. Не все мы просчитали…
— Да, контрразведка облажалась. Мы то думали, что никто не знает, куда мы отправили на отдых мать Имамуры. А они пасли, суки. Знали, что мать дока присмерти, и мы ее ради конспирации в родной дом не отправим. Все рассчитали. Ладно, идем.
Они медленно пошли к конвертоплану. К берегу подплывали катера спасателей, в ворота территории отеля уже въезжали скорые.
— Там в воде что-то было. – Сергей махнул рукой в сторону опустевшего пляжа.
— Штурмовой комплекс «Дракон» там был – Нечаев смотрел, как полицейские вертолеты высаживают группы, тут же приступающие к прочесыванию местности. – Если бы эта хрень вылезла, ты сейчас бы со мной не разговаривал. Но третий «Марс» его остановил. Себя подорвал.
Сергей вспомнил нерешительного мужчину, который во время бега к воде превратился в боевую машину. Он подошел к обгоревшим останкам Марка, его комплекса поддержки «Марс М 41», рядом с которым возились два техника.
— Хорошие они. Жаль, что мы их на верную смерть посылаем. Я с Марком пять операций прошел — сказал Сергей остановившемуся рядом с останками Нечаеву.
— Матрицу вашего Марка мы, возможно, еще восстановить сумеем – сказал один из техников, засунув электронный щуп в обожженный остов. – Но вот вернуть офицеру Ли Вайонгу его Марту – вряд ли.
— Тут еще было одно забавное действующее лицо – Сергей нервно усмехнулся. – Старик в экзоскелете. Ну, знаешь, таком, как у инвалидов и людей с ограниченной подвижностью. Так вот этот старичок и угробил Марту и Марка.
— Мы видели трансляцию «Гончей». Техники и аналитики чуть ли не в один голос твердят, что господин Иоганн Больц, тот самый старик, невиновен. Из Центра прислали первые данные. – Нечаев кому-то кивнул. – Господину Больцу месяц назад продали этот экзоскелет, когда он искал что-нибудь подходящее специально для этой поездки. Видать сеть информаторов у них не хуже нашей. На следующий день после покупки господину Больцу доставили его экзоскелет. Естественно, уже не со штатными серводвигателями, как ты сам смог убедиться. Встроили силовую защиту, да и в управляющий блок экзоскелета, скорее всего, внедрили ворм-программу. «Брандера». Вот «брандер»-то по сигналу и взял инициативу в свои… кхм… руки, после чего экзоскелетом просто управлял оператор. Судя по всему, из той же субмарины, что выпустила «дракона». Такие, брат, пироги.
На Сергея стала накатывать волна тошнотворного тепла. Постэффект «суперсоника» — вещь отвратная. Он пересилил рвотный позыв и спросил.
— Субмарину?
— Да. Далеко она не уйдет, Береговая охрана уже чуть ли не армаду противолодочных кораблей на воздушной подушке выслала на поиски.
Сергей оглянулся. Он смотрел, как спасатели с медиками оказывают помощь пострадавшим, как десантники на руках выносят раненых.
— Он того стоил?
— Что? – Нечаев непонимающе посмотрел на Сергея.
— Он того стоил? Имамура? Который стал причиной смерти стольких людей. Он того стоил, Игорь?
Нечаев некоторое время молча смотрел на Сергея. Прокашлялся.
— Думаю да. Этот человек важен. Он получил чудовищную психическую травму, приехав сюда почтить память своей умершей здесь от старости матери, и вызвавший своим появлением целую цепь страшных событий. И нашим психологам предстоит еще огромный труд, чтобы вернуть его состояние в нормальное русло. И самому ему предстоит побороть, победить свой страх перед тем, что за ним охотятся экстремисты всех мастей и взглядов, и закончить свой труд. И это наша с тобой работа, Сережа, которую нам поручил Альянс Наций. Охранять его и всю научную группу. А еще я помню, что ты сам стремился попасть на эту работу, защищать именно этих людей, именно этот проект. Один конкурс пройти чего стоило…
— Слушай, завязывай. К чему эти помпезные слова, Игорь? Тебе в проповедники надо было идти, а не в военную академию – Сергей устало присел на корточки и оперся спиной на покрошенный взрывами парапет. — А может ну их нахрен, эти звезды? – Сергей зло сплюнул горькую слюну и, глянув на измазанные подсыхающей кровью руки, достал платок, принявшись с каким-то ожесточенным усердием их оттирать.
— Базы на Марсе и Каллисто четвертый год стоят без экипажей из-за того, что космические державы договориться между собой не могут, а мы в дальний космос метим. Покорители Вселенной, едрена пень! У себя порядок никак навести неможем. Более двухсот крупных террористических группировок, которые требую все от всех! Во многих странах голод до сих пор, войны. А мы к звездам, понимаешь, хотим! На пыльных тропинках следить… — Сергей со злостью бросил измазанный красным платок в расколотую взрывом урну.
Нечаев вытащил из кармана жилета загрузки пачку сигарет, достал одну, щелкнул своей фамильной бензиновой зажигалкой и затянулся. Над головой Сергея медленно пролетел беспилотник, завис на пару секунд над серым корпусом «Катарины». Из раскрывшегося наверху корпуса тут же появились манипуляторы и, жестко зафиксировав беспилотник, втянули в техническую нишу. Сергей отвернулся от грузящегося на борт десанта. Солнце светило, море блестело волнами, на которых плавали какие-то обломки и обгоревшая газета, спасатели на катерах вылавливали плавающие в сверкающей мазутом воде несколько десятков тел мертвых дайверов и постояльцев отеля. Над всем этим кружило несколько спасательных конвертопланов и вертолетов, среди которых абсолютно неуместным смотрелся прозрачный пузырь дирижабля. Убитая идиллия.
Нечаев опустился рядом с Сергеем и глубоко затянулся.
— Может и так. Может нахрен и не нужны нам они, эти треклятые звезды — Нечаев выпустил дым сквозь сжатые губы. — Но ведь пока не слетаем – не поймем? Так ведь?
Сергей откинул голову назад, на выщербленный пулями парапет, и посмотрел на небо.
Голубое, далекое, в белых кружевах облаков. Там, за всей этой пасторальной красотой – холодная пустота. А в ней, невообразимо далеко, звезды. Красивые и яркие. На которые маленький Сережа так любил смотреть в детстве. На которые смотрели тысячи поколений людей, сначала считая глядящими вниз богами, потом вверяя им свою судьбу, когда пересекали океаны. А потом внезапно обрели несбыточную мечту. И решили осуществить ее – полететь к ним, к этим далеким, красивым звездам.
Нечаев поднялся, повернулся к Сергею и подал ему руку. Сергей вздохнул, взял руку своего командира, поднялся и пошел к конвертоплану. Нечаев еще раз глубоко затянулся, и, выкинув окурок в разбитую урну, в несколько шагов догнал Сергея и, засунув руки в карманы, пошел рядом с ним.

Автор: NovaRegul